Юлия Мостовая 13 июня, 21:00
По большому счету, мы должны определиться с ответом на главный вопрос: Украина хочет быть государством или Украина хочет казаться государством? В зависимости от ответа, стоит выбирать варианты разрешения ситуации, оценивать действия ветвей власти, определять цели и точки приложения первоочередных усилий гражданского общества и т.д. Разумеется, наша страна находится не в вакууме. Более того, на сегодняшний день она и для Запада, и для России — объект, а не субъект процесса. А еще точнее: Украина — это трещащая доска, на которой Москва и Вашингтон проводят раунд армрестлинга. Иосиф Виссарионович Путин хотел этой схватки, и искал для нее повод. Михаил Сергеевич Обама был не против, но оказался еще не готов. Майдан, рождение которого не предвещали даже звезды, стал преждевременным выстрелом из стартового пистолета, запустившего противостояние миров. Россия, где решения принимаются максимально оперативно, ибо путь от идеи до приказа проходят в одной голове, оказалась наиболее эффективной, с точки зрения использования ситуации. Америка, в силу наличия процедур, не являющихся формальностью, а также в силу неготовности к прямому столкновению с Москвой, — отстала. А о неповоротливой Европе, давно простеганной российскими деньгами, нужно говорить скорее, как о публике на этом матче. Причем, заинтересованной в отсутствии победителя.
А мы скрипим, крошимся, обваливаемся кусками. Мы, руками Яценюка, безропотно выполняем далеко не всегда пригодные для сложившейся ситуации шаблоны МВФ. Мы, руками Турчинова, не подписываем приказ о применении оружия в Крыму. Мы, руками Порошенко, пожимаем руку Путина, давшую отмашку на захват наших земель на Юге, и убийство наших граждан на Востоке. Мы — объект, мы — доска, о жизни молекул в которой, напоминает жалобный скрип нашей двухэтапной постмайданной власти.
Наверное, все могло бы быть по-другому.
