Все говорит о том, что россияне не собирались пропускать наши суда к Бердянску. Причем, там были отработаны разные варианты развития событий. Об этом можно судить по прикрытию, которое неосмотрительно было запущено в автоматическом режиме. В российской сети уже было пошли сообщения о том, что экипажи судов запросили у Москвы политического убежища и якобы, этот вопрос уже решился положительно. Понятно, что прикрытие работало отдельно от самих событий, но видимо, все было предусмотрено таким образом, чтобы не возникло информационной ямы в момент начала операции по захвату наших судов. Похоже на то, что были предусмотрены два основных варианта. Первый – относительно тихий захват судов, без морского побоища, просто в том варианте, как было в Крыму, зимой-весной 2014 года. Второй – силовой вариант, если бы экипажи судов оказали сопротивление и пришлось бы открывать огонь.
В любом случае, все должно было произойти в акватории Азовского моря, вне видимости с моста или берега. Здесь есть свой резон, поскольку тогда не осталось бы в живых свидетелей, кроме американского самолета-разведчика «Орион», со стороны Черного моря и американского же беспилотника-разведчика «Глоубал Хок», со стороны Мариуполя. Но это уже – второй вопрос, еще ни разу американцы не давали данных с этих систем наблюдения, для открытой оценки событий. А вот желающие заснять проход судов – безусловно, были и у них на виду нельзя было устраивать баталию.
Тут важен тактический момент. Если бы начался силовой захват судов, то россияне должны были это как-то пояснить. Думаю, что пояснение было бы связано с Керченским мостом. Например, экипажи обвинили бы в том, что при проходе под мостом, было оставлено мощное взрывное устройство, например. А уж само устройство уже наверняка было приготовлено и находилось под мостом, чтобы позже «внезапно его обнаружить» и показать российским и иностранным журналистам. Пока они ехали бы к мосту в море началась бы операция по захвату судов и потом – доказывай, кто и что делал, а кто и чего не делал. Похоже, начало именно силовой операции должно было запустить «вариант Б» и это как-то было обусловлено в виде определенной команды. Если же все проходит без стрельбы, то пресса выдает вариант о «политическом убежище», что мы и увидели почти сразу.
Однако в море все пошло ни по варианту «А», ни по варианту «Б», а сразу – по варианту «У», то есть – по нашему варианту.
Заметим, что максимальное количество судов и катеров пограничников, флотского спецназа и прочего было достигнуто именно в момент прохода судами Керченского пролива. То есть, на исходные позиции выдвинулся спецназ ФСБ и спецназ ВМФ. Именно штурмовые группы спецназа и должны были захватить наши суда.
Тем временем, командиры наших катеров получили приказ выйти в море и встретить наши суда в море. Несколько можно понять из рассказа командира катера, они должны были отойти от берега на несколько километров и там ожидать наш небольшой караван. Вышли ночью, при минимальной видимости. Прямо перед ними стоял российский пограничник, который контролировал обстановку в районе Бердянска и он заметил выход катеров. Но дальше – произошло неожиданное. Командиры наших катеров знали, что их машинки построены с формами, снижающими радиолокационную заметность и решили проверить это свойство на примере радаров пограничника.
По действию россиян они поняли, что на совсем небольшом расстоянии пограничник потерял их на радаре и стал метаться, в поисках утерянных катеров. Командиры решили воспользоваться преимуществом, и в режиме радио молчания решили идти навстречу нашему каравану. Они понимали, что противник может их обнаружить радаром уже совсем на короткой дистанции, на которой уже будет эффективно бортовое вооружение катеров. Еще один момент, катера оборудованы тепловизионными системами прицеливания и приборами ночного видения, так что могли себя даже не обнаруживать работой бортовых радаров.
В общем, противник потерял их напрочь, а обнаружил неладное, когда катера со штурмовыми группами стали приближаться к судам нашего каравана (Наши подошли прямо к мосту и затесались между корытами противника). Именно в этот момент наши катера включили связь и навигационное оборудование и россияне поняли, что между ними и бортами наших судов идут украинские бронекатера, которые предупредили российские катера о том, что те приближаются слишком близко к украинским военным кораблям. А по международным правилам, дальнейшее сближение ведет к предупредительному выстрелу в воздух, потом прямо по курсу нарушителя и дальше – огонь на поражение.
Вот тогда россияне рассмотрели бортовые номера и самое неприятное, по тому как качались стволы орудий, они осознали, что работает система стабилизации прицеливания. Грубо говоря, автоматика уже захватила их в качестве цели и уже не выпустит. Между отправкой российского спецназа прямо на встречу с Кобзоном осталась только кнопка «огонь» и они уже четко знают, что за нашими «не заржавеет», и что эти два катерка положат тут весь спецназ и всех, кто попытается ввязаться в драку.
На этом – операция полностью перешла в вариант «У» и закончилась так, как мы это уже знаем. Но кому это интересно?
http://defence-line.org/2018/10/variant-u-chast-2/
